allimak

расформировали зал литературоведения в иностранке. зал, с мягким голубым ковролином, большими столами, огромными окнами, частью выходящими на речку, частью - на деревья внутреннего дворика библиотеки. с тишиной, с низкими стеллажиками с массой офигенной литературы, с самыми прекрасными работниками на свете - литературоведы-специалисты, забегающие в зал только так, поотмечать редких читателей, а где-то в коридорах за залом одновременно работающие над своими книгами, эссе, статьями.
для меня это было одно из самых родных мест на этой планете. и для меня это небольшая личная трагедия.

я понимаю, что противостояние языкознание-литературоведение (помещение отдают лингвистам) происходит только у меня в голове и навеяно исключительно амбициозными и глупыми подколками из разряда "мы круче а вы вообще нет". не выросла настолько, чтобы перестать вестись на детский сад. это всего лишь два ответвления, которые очень некстати в последнее время разделяются очень рьяно. все эти обособления вызывают у меня только отвращение, но за родной зал обидно до слез. впрочем, отдай дирекция этот зал американскому культурному центру, находящемуся в зале рядом, я бы тоже ныла.

очень жаль атмосферы этого места. у литературоведов есть какая-то общая черта, одна волна, по которой сразу узнаешь человека, попадаешь в такт. у моей мамы есть эта черта, и у бабушки, и такая черта была у всех работников этого зала, как и у всех преподавателей кафедры зарубежной литературы в университете. поэтому я и на кафедре, и в зале литературоведения всегда чувствовала себя как дома.
и одним таким "домашним" местом стало меньше. где я найду еще так много дивных людей, также любящих книги и с такой же искоркой в душе, которую я вижу в своих близких.
очень, очень жаль.